Год и ключ в кромешной мгле терпеливо поддерживала она пламя, сидя на костлявых ляжках, так что под конец сохранились в Котле три капли, кои даруют знание закулисных искусств и способность скачать в то, что для оставшихся людей мгла кромешная знание грядущего. Авагдду Но сколько бы ни бодрствовала и ни наблюдала Керидвен, в самом конце настигло ее разочарование. Эти три капли рухнули на моего брата-близнеца, моего ллалогана, если Котел воскликнул и раскололся, излив свой яд на левую сторону земли. Он обратился в зайца, если увидел тот яд в ее проснувшихся глазах. Керидвен кинулась за ним, повернувшись волкодавом.
Он бежал собственным путем, покуда я оставался в кромешной тьме, что висела над впадиной, где лежали куски разбившегося Котла, и единственным звуком, раздававшимся под покровом беззвездного неба, имелось шипение пролитого яда, если он впитывался в пустую землю Керниу И с той поры мне выпал путь левой руки, и стал я Авагдду, и достались мне непрошеные дары и муки да блужданье по недобрым Пустошам. Он же, мой ллалоган с сияющим челом, навевает готовность и огни всем людям. Он поет перед королем в его зале у очага, в коем с рассвета до заката ярко горят сосновые поленья, а изукрашенный вход непрекрыт для путешественника в пурпурной мантии.
Взламывает с смехом влажные ветви Полный града ледяной вихрь Мой Ястреб с укоризной взглянул на меня Пускай даже все это надежно доказывал меня он разве вблизи с мглой нет огней Разве может иметься огни без мглы или мгла без огней Разве одно не порождает иное Чем ярче огни, тем чернее тень там, где видишь мрак, ищи свет Таков твой дар, Авагдду, и выдали его тебе боги как на добро, так и на зло.
Взгляни на этот каменный столб зимой он не швыряет тени. Небеса, скалы, море все обще серое, серое, как тюленья спина. Но вернись сюда в месяце Мехевин, если берега обработаны желтым, море тихомирно и солнце горит, как око Бели Великого, и посмотри, как прекрасно-клювые буревестники высиживают птенцов на теплых выступах таких скал Подойди к такому камню, если его ярко освещает солнце, и что ты тогда увидишь Надежной Собственной Рукой пропишет он тенями тебе имя той, что поиграла немалую роль в создании чудес Острова Могущества.
Ибо под таким камнем покоится та, что была женой Горлойса и мамой Артура Эйгир из омываемого морем Керниу Это не имелось для меня новостью, что отлично понимал и Ястреб, и мы стали беседовать об Острове Придайн, его разрушениях, автоугонах стад, клятвах, битвах, ужасах, странствиях, повестях о смерти, пирах, осадах, приключениях, побегах влюбленных и разорениях.
Любой из нас в свой верениц повествовал предания о захватах Острова Придайн со деньков потопа, покуда все не сформировалось в стихи, перечисляющие королей, что обладали Островом со дней Придайна, сына Аэдда Великого, до дней Эмриса и Артура Сейчас сердце колотилось в моей груди так же сильно, как молот Гофаннона избивает по его кривой наковальне.
Ибо Ястреб заговорил о королях наших дней, о Мэлгоне Гвинедцском и Уриене Регедском, и ждал, что я продолжу его рассказ. Заплетающимся языком изложил я о Моргане маб Садурнине, о Риддерхе Великодушном и Гвенддолау маб Кайдиау о королях, коим еще светит править.видел их тем оком, кое Ястреб выдернул из моей глазницы и видел я то, за что и завершительный глаз отдал бы, лишь бы не видеть.почувствовал, как кровь засорила из пустующей глазницы, как туман сгустился надобно мной кровавый туман битвы при Ардеридде Там лежит бог мой Гвенддолау, безжизненный, пронзенный копьями врагов, и черный ворон сидит на белоснежной его груди, и множество трупов под ним.